Итак, скопофилическая революция свершилась. И не на одном отдельно взятом телеканале, а в нашей жизни: теперь нас ничем таким не удивишь. Тем более - продолжением застекольных приключений: обещано, что ближе к новому году мы увидим новых добровольцев, на этот раз в трудах праведных, а не в повседневной маете, прерываемой заданиями "от режиссера" или визитом эксцентричного гостя.

После привлечения (и утоления) зрительского интереса шокирующей откровенностью - шокирующей просто потому, что всех нас в детстве учили не подглядывать и не подслушивать - нужно нечто "позитивное". А что нынче более позитивно, нежели дух предпринимательства? видимо, в пику "последнему герою" новое шоу будет называться "последний бифштекс", и труды (праведные?) приложатся к устройству малого бизнеса в области общепита.

В предварительных условиях указано: "все игроки, несмотря на конкуренцию, живут в одной коммунальной квартире и обязаны соблюдать правила общежития". Итак, нас ждет прямой эфир из коммуналки, где кухня кормит не только ее обитателей, но и приблудных в этот самый эфир клиентов. Ибо желающие попасть в один из двух конкурирующих пунктов общепита (т. Е., Потенциально, в телевизор) смогут это сделать - по билетам, за отдельную плату.

Как мы имели возможность убедиться, логика шоу такого рода заключается в демонстрации публике двух человеческих побуждений, априори полагаемых близкими каждому: стремления разбогатеть и желания показать себя. Не случайно в анкете, которую предлагается заполнить кандидатам в участники, есть соответствующие вопросы: каким способом легче всего делать деньги? (варианты ответа: "много работать, быть хорошо информированным, рисковать и, конечно, вкладывать заработанные деньги в дело"; "надеяться на "дядюшкино наследство", пытать счастья в лотерее"; "постепенно делать карьеру, пройдя все ступени") и - на кого из известных людей хотите быть похожими?

впрочем, причиной всенародного возбуждения умов по поводу месячного сидения молодежи в стеклянном доме были отнюдь не разгоревшиеся на почве корыстолюбия и нарциссизма страсти, а новый стандарт "реализма". Последний раз столь сильно всех волновали нью-йоркские взрывы (и эти впечатления были почерпнуты оттуда же - из телевизора). Тоже было "реальное шоу", прямая трансляция.

Злые языки утверждают, что якобы все, затаив дыхание, ждали, когда "за стеклом" будет секс и что из него покажут: дескать, докатились - не какую-нибудь профессиональную порнуху им подавай, а интерактивное вторжение в privacy простого человека. Отчасти злые языки правы - сегодня желающие могут купить видеокассету "самые откровенные сцены, не показанные в телеэфире". Но, боже мой, что же там такого захватывающего, ведь и не такие еще кассеты можно купить...

Кстати, и патриарх, и муфтий, высказавшись по поводу конструируемой телевидением действительности (разумеется, во вполне предсказуемом охранительном духе), тем самым включились в игру. Чем мы теперь лучше штатов, где в ходе президентской избирательной кампании кандидаты могут в публичных дебатах всерьез разбирать, кто из персонажей телесериала больше годится в герои? знаете чем? тем, что своего веского слова о происходящем в центре собственной столицы не высказал наш действующий президент, не уронил достоинства, не подпортил имидж. А ведь, наверное, смотрел, посмеивался, возможно, даже звонил министру. Да и как не позвонить, ведь 4457356 человек электората пожелали отдать свой голос за новых (и, как оказалось, не последних) героев (пожмем мысленно руку авторам: такой рейтинг - и ни одного летального исхода, никаких разрушенных зданий).

Каковы же результаты безнравственного шоу, подрывающего духовное здоровье сограждан? они парадоксально засвидетельствовали изрядное духовное здоровье этих самых сограждан и здоровый их консерватизм. Кто победил-то в результате народного голосования? самая что ни на есть скромница. А выпендрежные типы вылетели.

Так что наше с вами зазеркалье, несмотря на естественный вуайеризм, оказалось высокоморальным - и теперь, как полагают чуткие продюсеры, возжелало малого бизнеса в сфере общепита. Причем зазеркалье, то есть весь мир, находящийся вне стекла, обращенного к участникам шоу зеркальной стороной, - со всеми его трехтысячными толпами зевак, выстроившимися в очередь почище былой мавзолейной, с бесчисленными статьями и бесконечными разговорами в транспорте, чатами в интернете и с миллионами включенных в урочный час ящиков, - это наше зазеркалье оказалось сценической площадкой куда более интересной, чем утыканная телекамерами импровизированная общага. Нет театра без зрителя; но тут зритель попадал на сцену, того не подозревая. Он глядел в себя. Он удивлялся своим детям. Он видел этих детей, оставленных... Формально неправильно, но точно по смыслу сказать "без присмотра". Оказалось, что они говорят на специальном языке, который обычно попадает в эфир лишь на правах цитаты и ненадолго. При всем том как-то очень узнаваемо и, что самое ужасное, понятно. Да и о чем, собственно, они говорят!

...Интересно, отчего на нашей почве не прижилась старушка "скрытая камера", прародительница "реального" телевидения? не оттого ли, что и в обнажении "реальности" нам хочется большего? последней прямоты, цинического обнажения самого способа обнажения - например, знакомства жертвы с подсматривающей камерой. Вот только, обнажившись, снимать с себя больше нечего - и делается скучно. Остается заняться созидательным трудом. Хотя бы и в общепите.

Илья утехин.